Пресс-конференция руководителя Федеральной службы по экологическому,технологическому и атомному надзору Н.Г. Кутьина по итогам расследования технических причин аварии на СШГЭС

Пресс-конференция Н.Кутьина

03.10.09

Н.Кутьин: Семнадцатого числа в соответствии с Положением о федеральной службе экологическо-технологического надзора мы создали комиссию по расследованию технических причин аварии. Ищутся технические причины аварии. Поскольку, как вы знаете, у каждых органов – свои полномочия. Есть полномочия следственных комитетов, есть полномочия федерального экологическо-технологического надзора. В рамках технического расследования нами было рассмотрено оборудование, попавшее в аварию. То есть, к аварии у нас относятся случаи разрушения технических устройств, а также зданий и сооружений, опасных объектов, в том числе и на объекте Саяно-Шушенской ГЭС. В рамках комиссии были проведены опросы свидетелей происшедшего, оперативных смен и во время аварии, которые работали, оставшиеся в живых. И предшествующих смен, которые работали перед этим. Кроме того, в рамках комиссии были опрошены работники ремонтных предприятий, работники системного оператора. ОДУ Сибири, расположенных в Кемерово, которые осуществляли регулирование мощности с использованием Саяно-Шушенской ГЭС. При комиссии была создана экспертная группа, которая возглавлялась Слабиковым Григорием Владимировичем, он здесь присутствует. В экспертную группу у нас вошло достаточно большое количество специалистов, докторов наук, экспертов. Кроме того, всего 32 человека составляло именно экспертные группы. Из них шесть докторов, 14 кандидатов наук. Экспертные заключения этих привлеченных экспертов были переданы в Академию наук. У нас есть также пять заключений от Академии. Руководителем академической группы был академик Фортов Владимир Евгеньевич, там же был Махутов Николай Андреевич, который осуществлял взаимодействие с нами. В итоге те сценарии событий, которые нами были рассмотрены, привели комиссию к выводу, что авария произошла по совокупности различных причин. Это причины и проектные, и эксплуатационные, и ремонтные. Все это изложено в акте и будет сегодня опубликовано на сайте Ростехнадзора, сразу после нашей пресс-конференции. Как мы сегодня можем уже констатировать, разрушение второго гидроагрегата фактически стало следствием многочисленных причин, предшествующих данной аварии. И для многих участников это событие не было удивительным, как для нас. Конечно, никто не мог представить, почему агрегат массой полторы тысячи тонн взлетел на 14 метров. И мы достаточно долго рассматривали различные варианты развития аварии, практически все предложенные версии экспертов были рассмотрены. И в конечном итоге практически все эксперты сошлись на той конечной версии, которая заложена в акте. Еще раз, акт будет опубликован и возможен в доступе. Опубликование акта поручено председателю правительственной комиссии, которая создана решением Председателя Правительства. Это делается осознанно, но так как у нас есть, к сожалению, в этом отношении плохой пример. В свое время в 83-м году была авария на Нурекской ГЭС, и материалы по той аварии 83-го года были закрыты, и, к сожалению, не попали ко многим специалистам. И многие специалисты не смогли правильно оценить все риски, связанные с эксплуатацией гидроагрегатов в тех условиях, в которых они находились на Саяно-Шушенской ГЭС. Поскольку на Нурекской аварии также произошел срыв с креплений, там также возникли вопросы по шпилькам крепления, тем знаменитым, которые мы обсуждали достаточно долго. И многие факторы риска могли быть сняты, если бы в то время Министерством энергетики того нашего союзного государства было принято решение о раскрытии. Но этого не было сделано, поэтому, к сожалению, многие факторы остались только на Украине на заводе-изготовителе, и на самой Нурекской ГЭС. Это кратко. Если есть какие-то вопросы – прошу задавать.

Модератор: Уважаемые коллеги, просьба задавать вопросы. И повторюсь, мы ограничены хронометражем 45 минут, так что учитывайте это. Пожалуйста, канал «Вести».

Вопрос: Николай Георгиевич, правда ли, что причина аварии на Саяно-Шушенской ГЭС была не только технической?

Н.Кутьин: Да. Как я уже сказал, это совокупность причин, поскольку, если мы говорим о том, что самой аварией является разрушение второго гидроагрегата, который первым принял участие в аварии. Это срыв крышки крепления, отрыв шпилек на которых все держится, это было бы не совсем правильно. Точнее совсем не правильно. Потому что, да, действительно, изъятые с места происшествия, с места аварии элементы крепежа, в частности шпильки, показывают, что усталость металла после металловедческой экспертизы, достоверно установлено, до 98 %. То есть внутренние трещины, образования – все это возникло не за один день. Все нарастало, поэтому остановиться и сказать, что авария произошла, потому что не выдержало крепление, означало бы фактически уйти от правды. Правда состоит в том, что длительное время агрегаты эксплуатировались в условиях работы, для которой <они> не были предназначены, скажем так. Дело в том, что в свое время, когда шло строительство этой станции, оно шло достаточно долго. Начало строительства – 63-й год. Приняли в эксплуатацию станцию в 2000 году с большим количеством, скажем так, недоделок. О чем свидетельствует документ, рассмотренный нашей комиссией. В том числе приняли с гидроагрегатами, при принятии которых комиссия даже указала, что требуется замена рабочих колес. Почему? Потому что гидроустановки на Саяно-Шушенской ГЭС имели большой диапазон, по разным документам называемым или не рекомендованным, или запрещенным для работы. Но, этот диапазон находится внутри общего диапазона работы гидроагрегата, поэтому гидроагрегат неминуемо проходит этот диапазон снизу вверх, или сверху вниз, обратно. И какое-то время в нем находится. При прохождении на этот диапазон, на рабочем колесе гидроагрегата возникает биение, возникает вибрация. То есть гидроагрегат – второй, который у нас взлетел – он находился в работе 29 лет 10 месяцев. Многочисленные разы он проходил через этот диапазон. К сожалению, Саяно-Шушенская ГЭС, кроме того, что вырабатывала электричество, она была включена еще в систему регулирования мощности. Это тоже сказалось как фактор дополнительных рисков, и повышенного износа оборудования, в частности гидроагрегата. Что это такое? Когда системный оператор, который управляет общей нашей российской едиными системами, производит регулирование, он дает команды на станции, выделенной для участия в этом регулировании. В данном случае по Сибири это Братская и Саяно-Шушенская ГЭС. И гидроагрегаты, находящиеся на этих станциях вынуждены менять диапазоны мощности, находясь в работе. Из-за этого гидроагрегаты постоянно проводят или набор или сброс мощности. В частности, здесь события как развивались? У нас 16 числа произошла авария, ну возгорание, скажем так на Братской ГЭС, Братская ГЭС выпала из регулирования системного оператора. Системный оператор, не зная, что происходит на Братской ГЭС, потому что были потеряны все каналы связи и телеметрии, был вынужден перенести все регулирование мощности на Саяно-Шушенскую ГЭС. Все 100%. До этого примерное распределение по станциям было – 20% регулировала Саянская, 80% Братская. И вот все 100% регулирования мощности уходят на Саянскую станцию. В связи с этим из резерва был выведен второй гидроагрегат и подключен к регулированию. Так как переброшена была большая мощность, то гидроагрегат, поставленный в регулирование и названный, обратите внимание, как приоритетный гидроагрегат, был вынужден проходить полную зону. То есть когда мы, в акте вы это тоже увидите, распечатали переговоры диспетчеров, там видно, что падение и повышение мощности шло в диапазонах достаточно больших. И одномоментное увеличение снижение там 400 мегаватт. Сам гидроагрегат выдает 570 мегаватт, поэтому, то есть, он сверху вниз и снизу вверх проходил эту зону с момента выхода из резерва 6 раз. Что такое для такого гидроагрегата пройти 6 раз через не рекомендованную и запрещенную зону. Это 6 раз войти в зону еще раз говорю, повышенных вибраций, биения, и находится в ней достаточно длительное время. Безусловно, мы не могли не дать этому оценку. И отвечая на ваш вопрос, еще раз я скажу, вот все эти факты от начала, от проектирования такого гидроагрегата с такой широкой зоной не рекомендованной работы, работа его в системе регулирования мощности по ОДУ Сибири. То есть участие в единых энергосетях именно как регулирование мощности, не как базовый гидроагрегат, который просто выдает электричество. А также не правильная оценка со стороны эксплуатационного персонала, который зная, что агрегат имеет не очень хорошие характеристики по вибрациям, и видя, что характеристики ухудшаются. А мы по расшифрованным трендам видим, что с июля месяца агрегат начал уверенно входить в зону не рекомендованной работы. То есть главный инженер станции должен был обратить внимание и принять решение о выводе агрегата из эксплуатации и выяснении причин повышения вибрации. Потому что, за последние, буквально несколько часов до аварии, когда агрегат уже находился в приоритетном регулировании, рост вибраций составил в 4 раза. То есть он уже находился в неблагоприятной зоне, но при таком росте должны были обратить внимание. Тоже не обратили, и все это, еще раз говорю, весь набор этих вопросов. Проектирование, прием в эксплуатацию в 2000 году станции; ремонта, из которого агрегат выходил с линиями, с вибрацией на пределе допустимых, разрешенных в эксплуатации. И не принятие мер при получении информации о действительном росте вибрации — все привело к аварии. То есть это не просто шпильки какие-то устали, это набор того, что привело к этой усталости. Потому что, если мы будем говорить о технических, то по паспорту гидроагрегат должен работать 30 лет. Как мы знаем, в советское время, в принципе все равно. В проектирование закладывался двукратный, а иногда и десятикратный запас по прочности. Поэтому усталость этих элементов назвать естественной нельзя. Они должны были прослужить 30 лет и еще с запасом прочности. Как мы знаем, на многих объектах мы даже продляем ресурсы по эксплуатации, проводя не разрушающие контроли или методы. Здесь же они даже не продляли ресурс. Это и говорит о том, что авария развивалась не 17 числа, а значительно раньше. Все это накапливалось в виде усталости этих элементов крепления, шпилек, которые привели к аварии. Но, надо обратить внимание еще на один фактор. Из 49 шпилек, изъятых нами с места аварии на шести нет никаких следов срыва, никаких следов повреждения. Это о чем говорит, о том. Что на этих шести шпильках не было гаек вообще, в момент, когда произошла авария. Потому что там, где гайки были, произошел разрыв этих шпилек. Здесь никаких следов повреждений нет. То есть мы можем предполагать, что в течение какого-то времени из-за вибрации, которая сложилась таким образом, что привела к самооткручиванию, эти элементы уже начали ослабевать. А по данным завода-изготовителя, при ослабевании из 80-ти 27-ми шпилек, дальше уже отрыв просто заложен, что называется, по проекту. То есть, надо было конечно проводить не разрушающий контроль, надо было конечно следить за состоянием креплений. Но на момент аварии, как я уже говорю, из 49-ти изъятых шпилек, 6 не имеют повреждений, соответственно на них элементов крепления гаек не было. Кроме того, по имеющимся данным нашей комиссии не предусматривалось никакого шплинтования гаек на этих шпильках. То есть их просто закручивали динамометрическим ключом и все, никак больше не фиксируя от возможного раскручивания. То есть завод изготовитель не предполагал, что может появиться такая вибрация, которая приведет к самопроизвольному откручиванию. Такой набор всех причин, которые уходят своими корнями еще в 80-е годы. В 79-м году этот агрегат был поставлен. Соответственно, начиная оттуда, вся эта цепочка сложилась к 2009 году.

Модератор: Спасибо. Пожалуйста, представляйтесь.

Вопрос: Агентство РБК. Вы уже подробно рассказали о научных должностях членов экспертной группы. Вы не могли бы подробнее рассказать, что это были за эксперты сами по себе.

Н.Кутьин: При проведении технических расследований аварии мы привлекаем к работе всегда: первое – производителей оборудования, которое использовалось, второе — научно-исследовательские институты, которые работают в этой области, третье – институты общего профиля, обычные учебные, в которых есть кафедры профильные, эксплуатационные организации, занимающиеся ремонтом и обслуживанием, знающие оборудование. И, как я уже сказал, это большая академическая наука, которая проводит дополнительную оценку. Каждый из экспертов провел свое заключение, все эти заключения приложены к материалам комиссии. Сразу покажу, вот эти папки, которые лежат за мной это и есть материалы комиссии, которые позволили нам на том сделать акт, который находится передо мной и о котором мы сейчас говорим. То есть акт сам из 170 страниц, а материалы приложены, здесь же эти экспертные заключения. Еще раз, экспертные заключения как раз рассматривают все возможные версии. Первой версией, которая была, сразу вам скажу, потому что события столь неоднозначные, это был террористический акт, не буду скрывать. Потому что никто не мог предположить первый момент, как сам мог взлететь агрегат такой массы в воздух на 14 метров. Мы глубоко изучили все, что касается этой версии, никаких следов, и никаких возможностей совершения такого теракта там не было выявлено. Следующая версия также очень удобная и легко вписывающаяся как бы в события — это нештатный гидроудар. Подчеркиваю слово «нештатный». Потому что в процессе эксплуатации есть штатные гидроудары, они происходят в свое время, эти элементы конструктивные. То, что я вам сказал, прохождение не рекомендованной зоны, – оно сопровождается в том числе возможными гидроударами, но мощного нештатного гидроудара, который может произойти гипотетически в такой конструкции водовод-турбина-водовод. Также было исследовано все, что касается возможности гидроударов. Никаких следов или источников возникновения такого нештатного гидроудара обнаружено не было вообще. Мы достаточно подробно и долго изучали это. К сожалению, отработка этой версии заняла у нас почти две недели, потому что для того, чтобы ее окончательно опровергнуть, нам надо дождаться было, когда будет откачана вода со всех водоводов, особенно на уровне нижнего бьефа. Когда эксплуатирующая организация сумела установить достаточное количество насосов и откачать воду, потому что там возникали вопросы, связанные еще с экологической проблемой. Просто откачивать воду в Енисей было эффективно, но неправильно. Поэтому РусГидро занималось сбором масел, и пока эти вопросы не были экологически решены, быструю откачку произвести было невозможно. Когда она была произведена, мы осмотрели окончательно все, что связано с водоводами, и эксперты единодушно, я подчеркиваю, пришли к выводу о том, что гидроудара не было. И следов этого нет, и возможности его возникновения в том объеме, который необходим был бы для выбросов. После этого, в это же время была назначена металловедческая экспертиза, только когда она была проведена, эксперты Силмаша дали достаточно подробный нам отчет по узлам крепления, по этим шпилькам. После изучения расчетных величин давления и условий возникновения этих сил, все эксперты пришли к выводу, что действительно на момент аварии создались усилия, равные подъемной силе от 4,7 до 6 тысяч тонн. Гидроагрегат сам весит 1,5 тысячи тонн. В условиях, когда крепление было ослаблено, или шпильки уже имелись усталостные, и такое давление сдержать уже это крепление не могло, первоначальным усилием в 6 тысяч, максимально от 4,7 до 6 тысяч тонн, гидроагрегат пошел вверх. Вверх он шел очень равномерно, потому что шпильки у нас не срезаны, а сорваны вверх, и стакан, в котором находился гидроагрегат, практически на 2 метра сохранил заводскую покраску, и только потом начинаются зацепы, задиры, потом уже слом металла. Это тот момент, когда усилие перешло в усилие 20 тысяч тонн. Потому что площадь изменилась резко, давление воды резко возросло, это все происходило в доли секунды, подчеркиваю. Не то что он там медленно поднимался, как обычно показывают на Байконуре ракеты стартуют, она медленно поднимается со стола, нет. Здесь происходило все в доли секунды буквально. И гидроагрегат, раскрыв большую площадь давления, получил подъемную силу в 20 тысяч тонн и вылетел практически мгновенно. После этого вода заполнила зал, в это время работали все, кроме 6-го гидроагрегата, вода попала на рабочие элементы, то есть на роторы вращающихся гидроагрегатов. К сожалению, как мы уже говорили ранее, штатные системы автоматические сработали, скажем так, некорректно, но на 5 гидроагрегате, как мы видим, направляющие аппараты, которые перекрывают доступ воды на рабочее колесо, по мнению экспертов, они закрылись. На всех остальных они остались открытыми, и 7 и 9-й гидроагрегат продолжали работать под водой, и находиться, я подчеркиваю, в единых сетях энергетической системы 87 секунд. С точки зрения науки о гидроагрегатах это вообще невозможно, потому что гидроагрегаты не приспособлены для работы в воде, я имею в виду верхнюю их часть, где находится ротор со статором. Но в данном случае они находились в уже затопленном состоянии и продолжали работать. Из-за этого происходили массовые короткие замыкания. И то, что на любительских снимках и на камере видеонаблюдения за памятником, который установлен там перед въездом мы видели вспышку, это вспышка как раз связана с короткими замыканиями, которые происходили на станции в это время. Все это тоже развивалось достаточно быстро, практически сама эта активная фаза аварии это 7 секунд всего. За 7 секунд гидроагрегаты 7 и 9-й разогнали воду и сами разогнались, потому что там все-таки полторы тысячи тонн вращающийся, причем в момент, когда отключилась полностью электроника, они перешли в свободное вращение и разогнались, мы даже боимся сейчас правильно оценить скорость их вращения, но она была гораздо выше, в несколько раз от установленной скорости. И воду, которая находилась в них, они превратили фактически в абразивный инструмент, то есть гидроагрегаты превратились в насосы и стали качать эту воду по станции. Так как они находились в бетонных обшитых металлом конструкциях, первое что эти конструкции были снесены, и в последующем под большим давлением вода от этих гидроагрегатов начали распространяться по станции. Поэтому мы видим не только затопление, а практически половину разрушенного машинного зала. Еще раз, второй агрегат — это начало аварии, и продолжение разрушения в виде работающих 7, 9 и 10-го гидроагрегатов. Основные 7 и 9-й как разрушающие, потому что именно они разгоняли воду до таких скоростей и до такого состояния, что она просто резала, уничтожала бетонные конструкции. В это же время, как вы знаете, у нас эксперты рассматривали, почему не сработали на верхнем бьефе элементы конструкции, которые должны были предотвратить допуск воды в водоводы. Также эксперты пришли к выводу, что система не сработала по двум причинам, первое: автоматика, которая дает сигнал, была выведена из строя подъемом второго гидроагрегата, и затопление привело к отключению энергетики собственных нужд так называемой, когда станция практически полностью обесточилась. Никаких дополнительных линий, не коммутирующих сигналы от АСУ ТП, дополнительных линий, по которым можно было подать питание, не существовало. Поэтому персонал, который находился внизу и понимал, что происходит, фактически поднялся пешком на верхний бьеф. Это достаточно непросто, я вам скажу, мы прошли этот путь, и, в общем, человек, который так быстро оттуда добежал, он, конечно, герой, потому что подняться на эту высоту в полной темноте внутри станции в теле плотины сложно. Потом туда подъехали и другие специалисты, но те, кто поднимался пешком, конечно, герои. И начиная с первого гидроагрегата, с первого водовода они закрыли все 10 этих водоводов, и мы говорим о том, что авария продолжалась в течение часа, потому что первые 7 секунд это активное разрушение, и в течение часа туда поступала вода, которая участвовала в последующей трагедии, связанной с тем, что погибли 75 человек. Потому что вся станция была затоплена выше даже уровня нижнего бьефа, потом, как сообщающиеся сосуды, после этого, после закрытия водоводов вода уравнялась с нижним бьефом, но уже, к сожалению, большинство людей, находящихся в помещениях, оказались в безвыходном положении. Это как раз отражается потом в наших выводах комиссии, потому что эксперты, отвечающие на этот вопрос, которые работали у нас, перед ними стояло две задачи, первая – выяснить причины, и вторая – это выработать рекомендации, необходимые для дальнейшего проектирования и эксплуатации. Эти рекомендации сегодня нами были доложены на правительственной комиссии, комиссия их приняла и я думаю, что те организации, которым они направлены, примут их во внимание и сделают выводы.

Модератор: Спасибо, РИА-Новости, пожалуйста.

Вопрос: Скажите, а с теми выводами, которые сделала комиссия, согласны представители системного оператора, РусГидро, завода-изготовителя?

Н.Кутьин: По акту мы работали в полном союзе с системным оператором и с РусГидро. Почему? Потому что работать вне такого взаимодействия вообще невозможно на авариях, потому что мы проводим техническое расследование причин аварии. И здесь даже те люди, которые попали у нас в акт в качестве людей, которые, в том числе, несут ответственность за случившееся, они работали достаточно плотно с нами, поскольку, еще раз, это инженерный состав, это люди, которые понимают, что дальше нам надо будет эксплуатировать и в том числе Саяно-Шушенскую ГЭС. Весь акт ими прочитан, согласован, подписан. Есть особое мнение представителя РусГидро, участвовавшего в акте, оно касается, я сразу скажу, нескольких таких основных моментов. Первое, представитель РусГидро попросил вписать его в состав виновных лиц, поскольку он считает, что тоже, как один из руководителей несет ответственность. Второе: он считает, надо дать более полную оценку недочетам в проектировании станции и разработке конструкции гидроагрегатов, и здесь мы согласны, поскольку наша работа сейчас не прекращается. Мы сейчас выдаем акты, связанные именно с техническими причинами аварии, но продолжаем работать по оценке технического состояния станции и тех агрегатов, которые сейчас находятся на своих рабочих местах. Поскольку мы будем вскрывать все, давать оценку их технического состояния, посмотрим, как они участвовали и повели себя во время аварии. Для этого надо их просушить, провести диагностику, это длительное время, это займет еще несколько месяцев. Поэтому, наверное, мы сможем, как орган надзора, выдать рекомендации по этому направлению через несколько месяцев. То есть здесь мы согласны с особым мнением представителя РусГидро. А в целом по содержанию разногласий, насколько я понимаю, таких явных не было, поскольку в его особом мнении они не содержатся, что называется. Подпись его стоит, то есть он согласился.

Вопрос: А кто представитель РусГидро?

Н.Кутьин: Хазиахметов, официальный представитель. Кроме того, у нас были представители профсоюзов, также с актом согласились, подписали, от них тоже есть особое мнение, но оно связано немножко с другими вопросами, вопросами, связанными с людьми, с той системой, в которой люди оказались, и они дают такую свою оценку. Но опять, мы ничего не скрываем, все это будет в доступе, сможете изучить. Но еще раз, с актом они согласились, и тоже свою подпись поставили.

Модератор: Агентство «Интерфакс».

Вопрос: Расскажите, какое состояние и есть ли угроза для станции и в целом ваша оценка состояния ГЭС.

Н.Кутьин: У нас есть поручение председателя правительства РФ, в связи с ним мы проводим проверку всех станций. Кроме того, мы разработали и приказом утвердили методику «Рекомендации по проверке», она есть утвержденная. Первые результаты проверок уже есть, потому что месяц прошел, мы уже нарабатываем. Устойчивость станции на достаточно нормальном уровне, удовлетворительная. Отдельные недостатки, безусловно, есть. Сейчас есть у нас решение провести неразрушающий контроль на узлах крепления всех гидроагрегатов, и эта отдельная работа эксплуатирующими организациями будет проведена. Я думаю, что в ноябре у нас будет окончательный результат проверок всех станций, поскольку, как вы понимаете, после такой аварии проверки, которые мы проводим, сейчас значительно более глубокие, нежели были раньше, и затрагивают даже те вещи, которые мы, откровенно скажу, раньше не смотрели, поскольку в свое время в 2003 году были приняты решения об изменении надзора. И 2003-2004 год для Энергонадзора, они внесли большие изменения с точки зрения государственного надзора и надзора внутри эксплуатирующих организаций. С государственного надзора многие функции были переданы надзорным подразделениям самих эксплуатирующих организаций. И выработка решений, и разработка нормативов была им передана. Таким образом, многие вопросы, которые мы сегодня смотрим, должны были смотреть контрольные как раз, контролирующие органы самих организаций. Этому мы тоже даем в своем акте отдельную оценку, тоже сможете с ней ознакомиться, но сегодня мы работаем и за себя, и за них в этих проверках, как независимый контроль и надзор.

Вопрос: А Братская ГЭС?

Н.Кутьин: По Братской ГЭС, как я вам сказал, она раньше участвовала практически на 80% регулирования, то есть для нее изменение нагрузки незначительно. Конечно, с точки зрения устойчивости системы, сейчас она полностью опирается на одну Братскую ГЭС. Если раньше она опиралась как бы на две точки, это Саяно-Шушенская и Братская, то сейчас только на Братскую. И системный оператор разрабатывает как раз сейчас предложения по гарантированной устойчивости системы Сибири. Потому что регулировать мощность надо обязательно, и те решения, которые принимаются сейчас при подготовке к осенне-зимнему сезону, они как раз учитывают и эти моменты. О чем Министерство энергетики и системный оператор как раз докладывали на правительственной комиссии в рамках тех мер, которые разработала эта комиссия по результатам аварии на Саяно-Шушенской, и по подготовке к зиме, к осеннее-зимнему сезону. Так что устойчивость Братской у нас пока не вызывает сомнений, но действительно она работает сейчас, как единственный регулятор мощности в единой энергосистеме.

Модератор: Агентство ТАСС.

Вопрос: У меня вопрос по поводу шпилек, которые полетели. Из какого металла они изготовлялись, есть ли какие-то нормативы по этому металлу, и были ли они соблюдены в данном случае?

Н.Кутьин: У нас, я еще раз отошлю вас к акту, все, о чем я говорю, все есть в акте. Но чтобы ответ совсем так уж коротко не звучал, металловедческая экспертиза показала, что шпильки изготовлены в соответствии с проектом, из материала, который был указан в проекте, качество изготовления полностью соответствует установленному стандарту. То есть, в нем нет, ни в одной из шпилек не найдены заводские дефекты или браки. Соответственно, они полностью изготовлены в соответствии с теми требованиями, которые заложены в проектной конструкторской документации. И вины завода-изготовителя здесь нигде, я подчеркиваю, ни на одной шпильке не обнаружено. То есть все шпильки выполнены в точном соответствии с проектно-конструкторской документацией. Но у нас все это в акте есть, там с цифрами качественно изложено.

Вопрос: Агентство «Рейтер». Можно на простой вопрос ответите, все равно я не услышала, кто виноват? Вы говорите, что сотрудники станции едва ли не знали о том, в каких условиях они работают и что это может привести к аварии, когда вы сказали, что они там не все были удивлены, что произошло. Системный оператор тоже неоднозначно действовал при выводе Братской ГЭС, мы увидели и так далее. Можно сказать однозначно, от вас услышать, кто виноват?

Н.Кутьин: Кто виноват у нас все-таки, специально для агентства «Рейтер» скажу, у нас государство демократическое, поэтому кто виноват, определяет суд. Мы же со своей стороны говорим, что технические причины аварии закладывались, еще раз говорю, задолго. И поэтому в нашем акте вы найдете достаточно большое количество фамилий как работников станции, как работников РусГидро, так и других лиц высокопоставленных, которые принимали решения, от которых зависела устойчивость работы станции и безопасность ее работы. Потому что когда мы принимаем, например, решение о вводе в эксплуатацию, мы должны быть уверены в том, что станция соответствует проектной документации, и она не только работоспособна, но и полностью безопасна. А я вам, давайте так вот прочитаю, чтобы вам было на слух интересно, выдержки из самого акта приемки в эксплуатацию. Он достаточно большой, здесь вот лежит рядом со мной. Даже из подлинника у нас есть прямо приложение к этому акту приемки в эксплуатацию, и здесь такие фразы, например, есть. «В первоначальный период эксплуатации Саяно-Шушенской ГЭС были выявлены конструктивные недостатки отдельных узлов гидротурбин, которые частично устранены». Услышьте эту фразу: «частично устранены». Это к моменту приемки в эксплуатацию. Второй гидроагрегат был поставлен, как напомню, в 79 году. Приемка в эксплуатацию была в 2000 году. 21 год никто не принимал станцию в эксплуатацию. При этом в 2000 году в самом акте мы читаем, что только частично устранены. «Работа по повышению надежности отдельных узлов гидроагрегатов продолжаются и в настоящее время. В частности по ликвидации трещин на лопастях рабочих колес турбин. Трещины образовывались лавинообразно» — как пишут специалисты. В акте пишется: «Требуется замена турбин». Требуется замена! Это Акт приемки в эксплуатацию, то есть, мы принимаем в эксплуатацию оборудование, в котором пишем, что требуется его замена. Дальше, это все цитаты из того документа. «В процессе освоения гидрокомплекса было выявлено, что в напорной грани и скальном основании плотины Саяно-Шушенской ГЭС происходят негативные процессы, связанные с нарушением плотности бетона из-за разуплотнения скального основания в масштабах существенно превышающих проектные предположения». «К существенным недостаткам организации возведения относится ряд негативных последствий, инцидентов, которые устранялись уже в период эксплуатации». То есть, на стадии строительства были заложены решения, которые привели к инциденту. Что такое инцидент и чем он отличается от аварии? Авария – это когда разрушение уже произошло. А инцидент – почти произошло. Но это уже предаварийная ситуация. Здесь, понимаете, могу выборочно «При гашении энергии холостых сбросов воды со скоростями на сходе с носка до 55 метров в секунду, удельными расходами в водобойном колодце до 120 метров кубических, крепление дна колодца не обладало такими необходимыми качествами, как прочность и плотность, водонепроницаемость, контакта плит с бетонной подготовкой. Эти конструктивные недостатки стали одной из главных причин серьезных инцидентов, связанных с разрушением дна колодца в 85 году при пропуске». Как мы знаем, станцию затапливало дважды. Дважды практически уничтожало водобойные колодцы. Еще одна фраза из этого же Акта 2000 года о приемки к эксплуатации: «После ввода в эксплуатацию Саяно-Шушенской ГЭС прошло почти 20 лет», более 20 лет – извините – более 20 лет, поэтому ряд морально и физически устаревшей аппаратуры и оборудования нуждается в замене. ТА-100, АСУ ТП, рабочие колеса гидротурбин, как следует заменить на выключатели или газовые изоляции» То есть, гидротурбины, типа, которые сейчас установлены – «срок почти половины турбин составляет 20 лет со средней наработкой более 85 тысяч часов. После наработка в среднем 55 тысяч часов объемы ремонтных работ увеличились значительно. Так при наработке в среднем 9-10 тысяч часов, выполняются массовые и регулярные работы по заварке трещин на лопастях рабочих колес. В среднем ежегодно такой ремонт выполняется на 4-5 гидроагрегатах, что связано с большими трудозатратами и с увеличением простоя гидроагрегатов в работе. Аппаратные генераторы КАГ 1575, состоящие из выключателя нагрузки, разъединителя, трансформаторов, тока и напряжения, эксплуатируются в сетях генераторов с 84 года. Аппарат работает ненадежно. После поставки на ГЭС 10 аппаратов, производство их и запчастей к ним заводом вообще прекращено. К настоящему времени – я подчеркиваю, к тому настоящему времени, 2000 году… к настоящему на С-Ш ГЭС практически исчерпаны запасные части, что может привести в ближайшие годы к дополнительным простоям в ремонте гидроагрегатов. Кроме того, учитывая, что С-Ш ГЭС подключена к противоаварийному управлению ОДУ Сибири, в цепях генераторов необходимо иметь полноценные генераторные выключатели. АСУ ТП Саяно-Шушенского гидрокомплекса эксплуатируется более 20 лет, физически и морально устарела, и не отвечает современным требованиям надежного, экономичного ведения режимов. Технические средства АСУ ТП и ВМ-2, ТА-100, выработали свой ресурс. Приказом РАО ЕЭС №329 утверждена центральная комиссия по приемке Саяно-Шушенской ГЭС. И после всего, что я сказал, станция принята в эксплуатацию приказом РАО ЕЭС.

Вопрос: Кто подписал приказ?

Н.Кутьин: Чубайс.

Вопрос: Компания НТВ. Хотелось бы уточнить именно по поводу инцидента или аварии, о котором вы упомянули, о возгорании на Братской ГЭС. Хотелось бы все-таки более подробно услышать, насколько это и последующие действия, в частности, действия Системного оператора оказали влияние именно на саму аварию. То есть была ли эта авария на Братской ГЭС таким катализатором, собственно, аварии на Саяно-Шушенской ГЭС?

Н.Кутьин: Авария на Саяно-Шушенской ГЭС была, безусловно, последствием на Братской. Почему? Потому что, когда Братская ГЭС выпала из регулирования мощности, и, как я уже сказал, системный оператор был вынужден перебросить на Саяно- Шушенскую ГЭС полностью. Я сейчас просто зачту вам переговоры. Но, опять-таки, все это в акте есть, поэтому вы сможете там же это прочитать. Мы достаточно подробно изложили все события, которые происходили специально, чтобы не было толков. 20:28 16 августа. Первые указания с ОЭС Сибири, «Выполните нагрузку 4000 мегаватт». Через 2 минуты «Выполните нагрузку 4200 мегаватт», вот 200 мегаватт подъем. В 20:31 цитата, это я из переговоров диспетчера ОДУ Сибири с Саяно-Шушенской станцией. Диспетчер ОДУ Сибири говорит «На Саяно-Шушенской ГЭС включайте ЗВМ, вы привлекаетесь к регулированию перетока Сибирь-Казахстан, уставка сейчас 400 мегаватт в сторону Казахстана». И потом начинается, «Снимите 200 мегаватт», «Снимите 200 мегаватт», «Снимите 200 мегаватт», «Установите 3200 мегаватт», «3200 мегаватт», «3000». Потом идет рост, «Установите 4000, 4100, 4100», и так до момента аварии. То есть станция находилась в каком диапазоне, мы видим, 4200 и 3000. То есть 1200 мегаватт перебрасывали то вверх, то вниз. То есть это приводило к чему, сейчас я постараюсь наглядно пояснить. Если возьмем этот лист как полный диапазон регулирования мощности гидроагрегата, он начинается с нуля, и заканчивается 640 мегаватт. У него вот средняя зона, она будет запрещенная или не рекомендованная к работе. И верхняя зона это 570 мегаватт – 640, то есть всего 70 мегаватт, где он может находиться. При таком разбросе мощности, 1200 мегаватт, он уходил отсюда прямо вниз, так как он стоял приоритетным. То есть здесь ему уже негде было помещаться, то есть если 70 мегаватт, он может туда-сюда оставаясь в этой зоне, но если больше, он уже уходит в эту запрещенную зону, закрытую. То есть то, что я сказал, 6 раз он проходил ее, это именно вот из-за действий, вызванных системным оператором по итогам, в том числе, и возгорания, которое вывело из строя линии связи на Братской ГЭС. Поэтому, конечно, прямая связь есть. Нельзя сказать, что Братская ГЭС виновна в аварии на Саяно-Шушенской, это не так, но условия были созданы как раз во время возгорания на Братской, которая в этот момент регулировала основную массу, выполняла функцию по регулированию основной массы вот этой мощности стабилизации системы.

Вопрос: А вот акт, который вы процитировали от 2000 года, подобного акта нет в Братской ГЭС?

Н.Кутьин: В смысле?

Вопрос: Вы указывали, что недоработки, проблемы вроде она морально устарела и так далее. Подобного акта нет в Братской ГЭС?

Н.Кутьин: Я вам ответить на этот вопрос сейчас не могу, потому что в рамках технического расследования аварии мы смотрели, конечно, Саяно-Шушенскую ГЭС, и у нас есть вся документация, связанная с этим. Вот этот акт приемки в эксплуатацию, вот он, приказ по РАО ЕЭС, подлинник, что называется. Он у нас есть под рукой, я могу вам ответить по нему на все вопросы, а по акту приемки в эксплуатацию Братской ответить сейчас не могу, но по результатам проверки всех гидростанций, я думаю, мы получим достаточно большое количество ответов на наши вопросы. Сейчас не отвечу.

Вопрос: Скажите, вот вы уже упомянули фамилию Чубайс. Скажите, как часто в вашем акте, в отчете упоминается фамилия этого человека?

Н.Кутьин: Знаете, я хотел вам публично ответить следующее. Наша комиссия – комиссия по техническому расследованию причин аварии. Если фамилии упоминаются, то они упоминаются только в рамках тех технических причин, которые возникли вследствие принятия или непринятия определенных решений. То есть я еще раз хочу обратить внимание, мы не называем виновных, виновных у нас называет суд. А мы называем всего лишь события, которые стали предшественниками развития аварии. То есть без этих решений данной аварии могло не состояться. Решения о вводе в эксплуатацию ненадежных гидроагрегатов, то есть приемка их в эксплуатацию. Притом, что надо было менять колеса, надо было делать новые АСУ ТП. Да, есть биение на колесах, но это должно было быть компенсировано работой ремонтных служб и действиями автоматических систем защиты. Как мы знаем, АСУ ТП, которая применялась на станции, она в тех режимах, которые были вызваны аварией, была неэффективна. Поэтому такие решения должны были быть приняты. Следующее, когда было принято решение, что эта станция принимает участие в ежедневном регулировании мощности в единых энергосетях, опять-таки, для тех станций, которые в этом участвуют, характерен повышенный износ оборудования. Это записано в тех же нормативных документах и очевидно для эксплуатационного персонала. Но опять, при приёме решения о включении в это регулирование, не были приняты решения о действенных компенсационных мерах, вот мы о чем говорим. То есть здесь речь идет не о фамилиях людей, которые подписывали, а о событиях, которые создали условия для того, чтобы авария произошла. Еще раз, авария произошла не потому, что какие-то шпильки устали, а потому что их довели до этой усталости — вот в чем вопрос. Они бы сами не устали, если бы крепление было нормальным, если работа гидроагрегатов происходила бы в заданных условиях завода-изготовителя, они бы еще 30 лет проработали, даже сомнений нет. Но когда вот это все сложилось, эти недостатки и просчеты именно в системных решениях, дальнейшее уже было дело железа, когда же оно, наконец, устанет. Вот оно устало 17 августа, и все. При повышенных нагрузках на него со стороны регулирования мощности в единой системе произошел срыв. Поэтому когда мы говорим о фамилиях, я еще раз говорю, мы говорим о событиях, а не о фамилиях. Да, за каждым событием стоит фамилия, поэтому мы ее указываем. Если приказ есть, то мы пишем, кто подписал данный приказ, кто принял решение, вот и все, больше ничего. Поэтому я бы не хотел уходить в сторону обвинений и тем более называть виновных. Потому что есть для этого следственный комитет, есть другие органы, и главное, это суд. Если я смог, ответил на ваш вопрос. Спасибо. Еще раз, акт доступен для пользования на нашем сайте.

Когда разрабатывали АСУ ТП, должны были учесть технические особенности гидроагрегатов, особенности эксплуатации этих гидроагрегатов. Это, к сожалению, не было учтено, потому что мы же говорим, что такое АСУ ТП, это система управления, система съема информации. Все это вроде бы существовало, но никаких решений, которые привели к своевременной остановке и выводу гидроагрегата из аварийного режима не было автоматикой принято. И, соответственно, и людьми не было принято, эксплуатирующей организацией, которые видели, что гидроагрегаты выходят на запредельные режимы вибрации.

Вопрос: Силмаш – а они сделали все правильно?

Н.Кутьин: Нет, они сделали, к сожалению, рабочие колеса с очень широким диапазоном в не рекомендованной, или как некоторые документы говорят, в запрещенной зоне. Вот сейчас, когда у нас вице-премьер Правительства Сечин вчера проводил совещание на «Силовых машинах», речь во многом шла о том, что надо изготовить новые гидроагрегаты, в частности, рабочие колеса с диапазоном значительно меньшим. Почему этот диапазон существует, это физика процессов. Вообще сделать без этого диапазона невозможно колеса, потому что это колеса с фиксированными лопастями, и в какой-то момент вода на них поступает под такими углами и по своей физике так, что вызывает биение и вибрацию. Но этот диапазон можно сделать более узким. С этим мучаются все производители подобного рода гидроагрегатов по всему миру, и сейчас речь стоит о том, чтобы «Силовые машины» сделали такой гидроагрегат, который был бы лучше по характеристикам. Вчера они заявили о том, что они уже разработали рабочие колеса на 30% снизившие этот диапазон не рекомендованной работы. То есть у них уже значительный прогресс.

Вопрос: А они, интересно, разрабатывают ещё большей мощности? Не 640 мегаватт.

Н.Кутьин: Дело в том, первое: идет разработка самой турбины. Потом на нее вешается уже электрооборудование, в частности, ротор, статор. И уже съем мощности там. Эти турбины могли давать мощность до 720 мегаватт, но были ограничены до 640 именно из-за вопросов вибрации и биения.

Вопрос: Я правильно понимаю, что эти события вызваны системными решениями предыдущего руководства РАО ЕЭС?

Н.Кутьин: Ну, в том числе, в акте это все прочтете.